voprecotestВопросы экономикиVoprosy Ekonomiki0042-8736Voprosy Ekonomiki, NP10.32609/0042-8736-2023-1-86-104voprecotest-4150Research ArticleЭКОНОМИКА ТРУДА И СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЫLABOR AND SOCIAL ECONOMICSЦентрализация и регионализация минимальных заработных плат: российский опытCentralization and regionalization of minimum wages: Evidence from Russiahttps://orcid.org/0000-0003-0917-7438ЛукьяноваА. Л.LukyanovaA. L.

Лукьянова Анна Львовна, к.э.н., старший научный сотрудник Центра трудовых исследований

Москва

Anna L. Lukyanova

Moscow

alukyanova@hse.ruНациональный исследовательский университет "Высшая школа экономики"РоссияHSE UniversityRussian Federation2023301220220186104Copyright © Voprosy Ekonomiki, NP, 20232023Voprosy Ekonomiki, NPVoprosy Ekonomiki, NPhttps://www.vopreco.ru/jour/about/submissions#copyrightNoticehttps://www.vopreco.ru/jour/article/view/4150

Анализируются фундаментальные изменения в российской модели регулирования минимальной оплаты труда, произошедшие в конце 2017 — начале 2018 г. Эти изменения связаны с решением Конституционного суда РФ об исключении выплат по районному регулированию из состава МРОТ и с повышением МРОТ до прожиточного минимума в январе и мае 2018 г. Для эмпирического анализа используются данные с I кв. 2016 г. по I кв. 2022 г., до и после указанных изменений. Показано, что с 2018 г. в России сложилась уникальная модель установления минимальной заработной платы, в которой коллективно-договорный подход к регионализации минимальной заработной платы сочетается с ее централизованной регионализацией через районные коэффициенты и северные надбавки. Свой вклад в усиление централизации внесли решения о привязке МРОТ к прожиточному минимуму и медианной заработной плате, которые сократили пространство для переговоров между социальными партнерами о повышенном уровне региональных минимумов. Централизованные механизмы регулирования привели к вытеснению коллективно-договорных механизмов. Механизм регионализации минимальной заработной платы через трехсторонние соглашения фактически перестал работать, хотя до 2018 г. он демонстрировал способность хорошо адаптироваться к местным условиям. Усиление централизации привело к сокращению межрегиональных различий в жесткости и покупательной способности минимальной заработной платы. При этом в экономически слабых регионах соотношение минимальной и средней заработной платой превышает 50%, что может говорить о негативных последствиях не только для занятости, но и для общественного благосостояния в них.

The paper investigates recent developments in the minimum wage policy in Russia. We focus on the effects of two interventions: (1) the decision of the Russian Constitutional Court of December 7, 2017 to exclude mandatory regional compensation payments and Northern allowances from the minimum wage; (2) the decision to equate the national minimum wage with the subsistence level through two hikes in early 2018. Our empirical analysis is based on the data for 2016Q1—2022Q1, covering the period before and after the interventions. The decision of the Constitutional Court introduced an additional tier of minimum wage setting. Formerly, minimum wages were regionalized in a decentralizedway via tripartite collective bargaining at the regional level. Since 2018, this approach has been supplemented with the centralized regionalization via mandatory regional coefficients. The decision to equate the minimum wage with the subsistence level also contributed to the increase in centralization as it reduced the room the social partners to set regional minima above the federal level. As a result, the regionalization via regional tripartite agreements has basically ceased to exist, although before 2018 it showed a decent ability to adapt to local conditions. Policy developments in 2017—2018 reduced the interregional variation in the bindingness and purchasingpower of minimum wages. However, it might have happened at the expense of economically weak regions. In poor regions, the ratio of the minimum wage to the average wage has exceeded 50%, which exacerbates the risks of disemployment and welfare losses in those regions.

МРОТрегиональная минимальная заработная платарегиональные трехсторонние соглашениярегионализациярайонный коэффициентмежрегиональные различияlabor market institutionsnational minimum wageregional minimum wagesregional tripartite agreementsregionalizationNorthern coefficientsregional disparitiesСтатья подготовлена в рамках гранта, предоставленного Министерством науки и высшего образования Российской Федерации (№ соглашения о предоставлении гранта: 075-15-2022-325).ReferencesАкулов В. Б., Белевских Т. В. (2013). О территориальной дифференциации заработной платы // Проблемы развития территории. № 6. С. 57—65.Akulov V. B., Belevskikh T. V. (2013). On territorial wage differentiation. Problems of Territory’s Development, No. 6, pp. 57—65. (In Russian).Вишневская Н. Т. (2016). Регионализация минимальных заработных плат // Вопросы государственного и муниципального управления. № 4. С. 27—44.Vishnevskaya N. T. (2016). Regionalization of minimum wages. Public Administration Issues, No. 4, pp. 27—44. (In Russian).Лищук Е. Н., Капелюк С. Д. (2020). Проблемы регулирования оплаты труда работников Крайнего Севера и приравненных к нему местностей // Экономика региона. Т. 16, Вып. 1. С. 97—113.Lishchuk E. N., Kapelyuk S. D. (2020). Problems of wage regulation in the Russian Far North and similar localities. Economy of Regions, Vol. 16, No. 1, pp. 97—113. (In Russian). https://doi.org/10.17059/2020-1-8Лукьянова А. Л. (2016). Практика установления региональных минимальных заработных плат в субъектах Российской Федерации (2007—2015) // Вопросы государственного и муниципального управления. № 1. С. 81—102.Lukiyanova A. L. (2016). Regional variation in the minimum wage policies in the Russian Federation (2007—2015). Public Administration Issues, No. 1, pp. 81—102. (In Russian).Фаузер В. В. (2008). Теоретические и концептуальные подходы к развитию Севера России // Корпоративное управление и инновационное развитие экономики Севера: Вестник Научно-исследовательского центра корпоративного права, управления и венчурного инвестирования Сыктывкарского государственного университета. № 4. С. 90—120.Fauzer V. V. (2008). Theoretical and conceptual approaches to the development of the Russian North. Corporate Governance and Innovative Economic Development of the North: Bulletin of Research Center of Corporate Law, Management and Venture Investment of Syktyvkar State University, No. 4, рp. 90—120. (In Russian).ILO (2020). Global wage report 2020—21: Wages and minimum wages in the time of COVID-19. International Labour Office. Geneva: International Labour Organization. Ahlfeldt G., Roth D., Seidel T. (2018). The regional effects of Germany’s national minimum wage. Economics Letters, Vol. 172, pp. 127—130. https://doi.org/10.1016/j.econlet.2018.08.032ILO (2020). Global wage report 2020—21: Wages and minimum wages in the time of COVID-19. International Labour Office. Geneva: International Labour Organization. Ahlfeldt G., Roth D., Seidel T. (2018). The regional effects of Germany’s national minimum wage. Economics Letters, Vol. 172, pp. 127—130. https://doi.org/10.1016/j.econlet.2018.08.032Ahlfeldt G., Roth D., Seidel T. (2022). Optimal minimum wage. Centre for Economic Performance Discussion Paper, No. 1823.Ahlfeldt G., Roth D., Seidel T. (2022). Optimal minimum wage. Centre for Economic Performance Discussion Paper, No. 1823.Albinowski M., Lewandowski P. (2022). The heterogeneous regional effects of minimum wages in Poland. Economics of Transition and Institutional Change, Vol. 30, No. 2, pp. 237—267. https://doi.org/10.1111/ecot.12283Albinowski M., Lewandowski P. (2022). The heterogeneous regional effects of minimum wages in Poland. Economics of Transition and Institutional Change, Vol. 30, No. 2, pp. 237—267. https://doi.org/10.1111/ecot.12283Dolton P., Bondibene C.R., Stops M. (2015). Identifying the employment effect of invoking and changing the minimum wage: A spatial analysis of the UK. Labour Economics, Vol. 37, pp. 54—76. https://doi.org/10.1016/j.labeco.2015.09.002Dolton P., Bondibene C.R., Stops M. (2015). Identifying the employment effect of invoking and changing the minimum wage: A spatial analysis of the UK. Labour Economics, Vol. 37, pp. 54—76. https://doi.org/10.1016/j.labeco.2015.09.002Flinn C. (2006). Minimum wage effects on labor market outcomes under search, matching, and endogenous contact rates. Econometrica, Vol. 74, No. 4, pp. 1013—1062. https://doi.org/10.1111/j.1468-0262.2006.00693.xFlinn C. (2006). Minimum wage effects on labor market outcomes under search, matching, and endogenous contact rates. Econometrica, Vol. 74, No. 4, pp. 1013—1062. https://doi.org/10.1111/j.1468-0262.2006.00693.xLang K. (1987). Pareto improving minimum wage laws. Economic Inquiry, Vol. 25, No. 1, pp. 145—158. https://doi.org/10.1111/j.1465-7295.1987.tb00729.xLang K. (1987). Pareto improving minimum wage laws. Economic Inquiry, Vol. 25, No. 1, pp. 145—158. https://doi.org/10.1111/j.1465-7295.1987.tb00729.xLee D., Saez E. (2012). Optimal minimum wage policy in competitive labor markets. Journal of Public Economics, Vol. 96, No. 9—10, pp. 739—749. https://doi.org/10.1016/j.jpubeco.2012.06.001Lee D., Saez E. (2012). Optimal minimum wage policy in competitive labor markets. Journal of Public Economics, Vol. 96, No. 9—10, pp. 739—749. https://doi.org/10.1016/j.jpubeco.2012.06.001Majchrowska A., Strawiński P. (2021). Minimum wage and local employment: A spatial panel approach. Regional Science Policy and Practice, Vol. 13, No. 5, pp. 1581—1602. https://doi.org/10.1111/rsp3.12471Majchrowska A., Strawiński P. (2021). Minimum wage and local employment: A spatial panel approach. Regional Science Policy and Practice, Vol. 13, No. 5, pp. 1581—1602. https://doi.org/10.1111/rsp3.12471Monras J. (2019). Minimum wages and spatial equilibrium: Theory and evidence. Journal of Labor Economics, Vol. 37, No. 3, pp. 853—904. https://doi.org/10.1086/702650Monras J. (2019). Minimum wages and spatial equilibrium: Theory and evidence. Journal of Labor Economics, Vol. 37, No. 3, pp. 853—904. https://doi.org/10.1086/702650Oates W. E. (1972). Fiscal federalism. New York: Harcourt Brace Jovanovich. Rebitzer J., Taylor L. (1996). The consequences of minimum wage laws: Some new theoretical ideas. Journal of Public Economics, Vol. 56, No. 2, pp. 245—256. https:// doi.org/10.1016/0047-2727(93)01411-3Oates W. E. (1972). Fiscal federalism. New York: Harcourt Brace Jovanovich. Rebitzer J., Taylor L. (1996). The consequences of minimum wage laws: Some new theoretical ideas. Journal of Public Economics, Vol. 56, No. 2, pp. 245—256. https:// doi.org/10.1016/0047-2727(93)01411-3Simon A., Wilson M. (2021). Optimal minimum wage setting in a federal system. Journal of Urban Economic, Vol. 123, pp. 103—336. https://doi.org/10.1016/j.jue.2021.103336Simon A., Wilson M. (2021). Optimal minimum wage setting in a federal system. Journal of Urban Economic, Vol. 123, pp. 103—336. https://doi.org/10.1016/j.jue.2021.103336van den Berg G. (2003). Multiple equilibria and minimum wages in labor markets with informational frictions and heterogeneous production technologies. International Economic Review, Vol. 44, No. 4, pp. 1337—1357. https://doi.org/10.1111/1468-2354.t01-1-00112van den Berg G. (2003). Multiple equilibria and minimum wages in labor markets with informational frictions and heterogeneous production technologies. International Economic Review, Vol. 44, No. 4, pp. 1337—1357. https://doi.org/10.1111/1468-2354.t01-1-00112vom Berge P., Frings H. (2020). High-impact minimum wages and heterogeneous regions. Empirical Economics, Vol. 59, pp. 701—729. https://doi.org/10.1007/s00181-019-01661-0vom Berge P., Frings H. (2020). High-impact minimum wages and heterogeneous regions. Empirical Economics, Vol. 59, pp. 701—729. https://doi.org/10.1007/s00181-019-01661-0

The authors declare that there are no conflicts of interest present.