кандидат физико-математических наук, руководитель
В работе представлены детальные оценки нефтегазовой ренты за 1999-2009 гг. Впервые оцениваются размер, источники и использование скрытой природной ренты - той ее части, которая не включается в цену продукции, а идет на субсидирование производителей либо потребителей и другие цели. Показано, что эта часть ренты составляла в рассматриваемый период от 8 до 17% ВВП. Наибольшие потери нефтегазовой ренты связаны, во-первых, с субсидированием внутренних потребителей природного газа и, во-вторых, со снижением добавленной стоимости в процессе переработки нефти. Показано, что условием консервации технологической отсталости нефтепереработки была проводимая государством политика мягких бюджетных ограничений (по сути, компенсации отрасли слабых результатов ее деятельности с помощью налоговых стимулов). На примере нефтепереработки и газовой отрасли делается вывод, что мягкие бюджетные ограничения (особенно в сочетании с монопольным положением на рынке) представляют собой одно из главных препятствий на пути модернизации российской экономики.
Detailed estimates of the hydrocarbon rent for 1999-2009 are presented. Size, sources, and usage patterns of the hidden rent (which is not included into hydrocarbons prices, but provides the source of energy subsidies) are built for the first time. This part of the natural rent is estimated to vary from 8 to 17% of GDP. The largest losses in hydrocarbon rent were related, first, with subsidizing domestic users of natural gas, and second, with diminishing value added in the refinery sector. The obsolete refinery was implicitly supported with relatively low taxation regime. This support reflects overall soft budget constraint stance pursued by the government that constitutes an important impediment to the modernization of Russian economy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.